Однако, заметил шаньюй, эти люди пришли не из Китая,
они — подданные другого государства, следовательно, предоставив им убежище, он не нарушил никакого закона. Китайские посланники напомнили татарскому монарху, что, когда пять шаньюев пытались перерезать друг другу глотки, Китай вмешался и защитил династию Хуханье, теперь же Учжулю-жоди может отплатить за эту услугу. После некоторого размышления Учжулю-жоди согласился выдать беглецов. Однако, когда Китай уже готов был принять
их, шаньюй неожиданно передумал и отправил каждого в его страну. В то же время он извинился перед Китаем. Извинения были отклонены, и несколько туркестанских правителей, включая двух обидчиков, были впоследствии
обезглавлены. Эта казнь, произошедшая во время великого китайского совета, созванного где-то на западе, должна была послужить предупреждением монархам мелких государств, приглашенных на совет. Был издан новый указ, согласно которому «в будущем ни один китаец, тунгус или уроженец Кульджи, равно как и подданные других государств — вассалов Китая, не будут приняты хунну». К татарскому двору были отправлены послы для специальных поручений, которые должны были ознакомить шаньюя с новым указом, а также забрать у него договор, направленный ему в ларце прежним императором.
В этот период Ван Ман предложил татарам последовать примеру Китая и отказаться от практики использования двух личных имен. Он призвал Учжулю-жоди идти в ногу с цивилизованными государствами. Неясно, какими именно
правилами регулировалось употребление китайских или
татарских имен в тот период, но по аналогии с более поздней историей можно сказать, что татары вообще мало
думали об именах и не подозревали о существовании табу
на приветствия (подразумевавшие необходимость избегать употребления личных имен отцов и императоров), пока китайцы не просветили их на этот счет.